Улеглась главная интрига последних недель, а то и месяцев, с объявленной датой голосования по поправкам в Конституцию, президент принял наконец решение проводить мероприятие 1 июля. Но вопросов как к процедуре, так и легитимности, не говоря уже о политическом смысле всего происходящего, меньше отнюдь не стало, скорее наоборот.
Недовольных нет
Новости партнеров
Обставлен выбор дня голосования, надо заметить, был по всем правилам высокого драматического искусства. 1 июня Владимир Путин в прямом эфире федеральных телеканалов поинтересовался мнением специалистов, можно ли проводить массовое мероприятие, разумеется, главный санитарный врач Анна Попова высказалась в положительном ключе. Хотя и с необходимыми в таких случаях оговорками насчет соблюдения санитарных мер, масочного режима, выхода на плато по заболеваемости.
Путин не поленился задать вопрос о том, может ли помешать организация голосования по поправкам школьникам, сдающим ЕГЭ чуть попозже? Ответ держал, естественно, министр просвещения Сергей Кравцов, который заверил, что оставшиеся от голосования инфраструктура и какие-нибудь материалы только помогут-де школьникам и организаторам ЕГЭ.
Наконец, президент однозначно высказался по поводу возможности совмещения даты голосования с объявленной чуть ранее датой военного парада – 24 июня – в Москве. По мнению Главнокомандующего, совмещать и пытаться экономить на этом не стоит, парад – парадом, голосование – голосованием. Мы за ценой не постоим, как говорится.
Глава Центризбиркома Элла Памфилова наконец ясно и определенно высказалась в том духе, что «тянуть больше не имеет смысла» и в целом дата 1 июля была якобы предложена ей. В общем все по законам жанра.
Разумеется, тут же появились версии, трактовки и различного рода инсинуации по поводу голосования, благо, противников как у поправок, так и у действующей власти всегда хватало.
Алексей Венедиктов, член нескольких общественных советов и редактор «Эха Москвы», немедленно отметился разгромным постом по поводу предложений Памфиловой по процедуре голосования непосредственно на избирательных участках. Венедиктов, изображающий из себя оппозиционера, а на деле давно превратившийся во вполне себе практически официальный рупор кремлевско-«газпромовской» пропаганды (хорошо, «рупор» одной из башен Кремля, если так корректнее), провел целое математически-статистическое исследование, согласно которому, по его выкладкам получается, что в Москве 1 июля смогут очно (то есть на участках) проголосовать не более 475 тыс. избирателей (или 6,8% списочного состава зарегистрированных и имеющих право голосовать).
Расчеты Венедиктов сделал просто: в столице 3,3 тыс. избирательных участка и свыше 7 млн избирателей, по словам Памфиловой (она действительно озвучивала первоначально подобные выкладки, очевидно, без серьезных расчетов). В час из-за санитарных норм проголосовать сможет не более чем от 8 до 12 человек, голосование длится 12 часов. Взяв эти выкладки, редактор «Эха» просто… их перемножил и получил то, что получил.
Новости партнеров
Расчеты, честно говоря, сильно напоминают классическую задачку о том, что Ахиллес никогда не опередит в беге уползшую вперед черепаху, потому что как только будет догонять животное, оно проползет еще сколько-нибудь. И так до бесконечности.
И главное, подаются эти прекрасные цифры в том ключе, что в будущем, могут и предъявить за результаты – а где, мол, легитимность всего произошедшего, если смогли проголосовать 6,8% избирателей всего? В общем, оставляем все подобные умственные упражнения на совести (или на математических способностях) Венедиктова.
Тем паче что Москве, Санкт-Петербург и, возможно, Екатеринбург будут голосовать все-таки в электронном формате. Кого в таком случае интересуют пришедшие/не пришедшие на участки 6,8% москвичей?
И тем более, что Памфилова говорила о практически неделе (с 25 июня по 1 июля) голосования не на участках, а, например, во дворах домов. К самой процедуре, когда голосование растягивается на такое время, когда не ясны критерии идентификации пришедших лично голосовать, разумеется, есть вопросы и будут скорее всего в будущем. Но у нас и ситуация, в общем-то, чрезвычайная (без объявления режима ЧС) и власти всегда могут справедливо указать на форс-мажор.
А это истинные поправки?
«Лицо Путина, который то глядя в стол, то зачитывая нечто с листа, объявил 1 июля днем голосования по поправкам в Конституцию, очень многим о многом говорит. Не его это идея с переписыванием Конституции, не его… Конституционная интермедия – это внешняя по отношению к Путину история… Почему несмотря на это, президент так и не решился разорвать порочный сценарий, объявив, например, о необходимости разработки новой Конституции, остается загадкой», – уверен политолог Максим Жаров. Добавляя, что причины для такого решения Путина 1 июня мы узнаем лишь… после смены власти в стране.
Что характерно, известный экономист Никита Кричевский также в своем телеграм-канале отмечает, что вообще с этими поправками в Конституцию получился классический сюжет из фильма «Хвост виляет собакой».
«Мы как-то зациклились на одной-единственной поправке в Конституцию об обнулении. Случилось ровно то, чего добивались – наше внимание отвлечено на малозначительный повод, на фальшивую цель. Посмотрите полный список поправок – это бомба», – отмечает доктор экономических наук Кричевский.
Новости партнеров
Трудно не согласиться – дальнейшее изменение конфигурации власти в стране и… не прописывается, оставляя простор для любого маневра в будущем. Например, вот кто-нибудь с ходу может объяснить смысл поправок об изменении статуса муниципальной власти, которая до того вроде бы как и не входила в перечень государственных институтов (?!). Что будет с Верховным и Конституционным судом? Что будет с Госсоветом и каков его реальный статус? Да много «что» и «чего» возникает в связи с поправками, за которые люди должны будут проголосовать 1 июля, но сам глубинный смысл будет от них сокрыт. Вместо этого вся страна обсуждает, может ли Путин оставаться у власти президентом после 2024 года, либо спорить о приоритете российского законодательства над международным. Начальство это разрешает. Пока разрешает, исподволь проводя собственную линию и преследуя собственные цели.
На самом же деле изменения, за которые предстоит голосовать, мало кто читал, тем более очень немного людей способны оценить их юридическую силу и статус. О неоднозначности самой правки Конституции в нынешних, изменившихся условиях и играх различных властных группировок вокруг этого мы недавно писали.
«Если раньше поправки в Конституцию были «краеугольным камнем», то сегодня, на мой взгляд, они стали обычным элементом борьбы. Что, конечно же, не отменяет в целом различие во взглядах и подходах к процессу у разных политических игроков. В этом смысле выпад Венедиктова, вроде бы работающего на Собянина, не очень ясен», – рассуждает Илья Гращенков, директор «Центра развития региональной политики».
Эксперт говорит, что, видимо, первоначальные задачи по правке Конституции все-таки, скажем мягко, изменились.
«Путин хотел оставить после себя какую-то сформированную систему, я сейчас даже не о «проблеме 2024». Но сейчас «битва за поправки» все более напоминает какие-то тактические выпады, при этом сам президент, как обычно, остается над схваткой», – замечает собеседник.
Константин Калачёв, руководитель «Политической экспертной группы», отмечает слабую агитационную кампанию собственно власти, которая делает что-то не совсем понятное большинству населения.
«Кому нужны эти якобы искренние призывы звезд эстрады и шоу-бизнеса с призывами прийти и проголосовать, люди, мне кажется, отлично знают цену искренности подобного рода персонажей. В конце концов, а где мнение обычных людей, может быть, даже региональных политиков по вопросам поправок в Конституцию?» – удивляется Калачёв.
«Все идет по принципу – и так сойдет. Извините, а где сверхдоминанта кампании, такая заявленная цель, которая понятна была бы любому, как говорится, идиоту? Пока все невнятно и невыразительно», – добавляет собеседник.
По его мнению, для президента и чиновников его Администрации в ходе голосования не могут быть ниже результатов, полученных в ходе президентской кампании 2018 года. То есть явка около 67% и отданные за поправки голоса – не менее 76%. Другие результаты просто не имеют смысла, хотя, по понятным причинам, насчет явки вообще никто и никогда не высказывался, результат же может быть несильно скорректирован в сторону понижения. Все-таки обстановка сложная.
Как говорится, «планка задана», но ознакомим читателей со свежим опросом портала Superjob, который показался нам интересным именно раскладом за почти месяц до даты голосования.
Итак, в опросе утверждается, что осведомленность российских граждан о поправках в Конституцию за истекшие три месяца с предыдущего исследования, почти не изменилась. О поправках хоть какое-то представление имеют порядка 18% населения. В конце февраля с поправками ознакомились 22%, к началу июня – 30% экономически активных людей в стране. В голосовании на первые числа июня готовы участвовать около 45% опрошенных, примерно 25% не пойдет на голосование, а еще 3 из 10 не решили, что станут делать в выходной день в среду 1 июля 2020 года.
