К риторике о «неминуемой общеевропейской войне» придется привыкать
Если бы в международной политике существовала премия за «достижения» в области нагнетания пафоса, то в декабре 2025 года она бы, без всякого сомнения, досталась бы генеральному секретарю НАТО Марку Рютте — вместе с «премией» за полное отсутствие политического вкуса и неумением считывать исторические аналогии. Догадайтесь с первой попытки: какой город, с точки зрения главного гражданского функционера Североатлантического альянса, лучше всего подходит для того, чтобы предречь новую войну Европы и России? Да, это действительно Берлин.
Речь генерального секретаря НАТО в ходе его панельной дискуссии с министром иностранных дел Германии: «Конфликт уже на пороге. Россия вернула войну в Европу, и мы должны быть готовы к масштабам войны, которую пережили наши бабушки и дедушки и наши прабабушки и прадедушки. Представьте себе, что конфликт охватил каждый дом, каждое рабочее место, разрушения, массовая мобилизация, миллионы перемещенных лиц, повсеместные страдания и огромные потери».
Новости партнеров
Да, зря мы в прошлом месяце костерили министра обороны Германии Бориса Писториуса, который обмолвился о возможности войны с Россией уже в самом ближайшем будущем. По сравнению с Рютте Писториус — это просто образец умеренности и политической выдержанности. Но не будем сами впадать в излишний пафос и делать выводы о том, что генеральный секретарь НАТО превратился в истерика. За его процитированной выше фразой, которая начинается со слов «представьте себе», следует вот что: «Это ужасная мысль, но если мы выполним наши обязательства, мы сможем предотвратить эту трагедию. НАТО здесь для того, чтобы защитить миллиард человек по обе стороны Атлантики. Наша миссия — защитить вас, ваши семьи, ваших друзей и ваше будущее».
«Защитить вас и ваше будущее» — и заодно опустошить ваши кошельки, «изнасиловать» ваши мозги и лишить вас способности к критическому мышлению — Марк Рютте ведет себя как циничный, но при этом вполне себе компетентный специалист по продажам. Для того, чтобы втюхать что-то клиенту, его надо сначала «привести в форму» — испугать по полной программе, до дрожжи в коленках. И тогда клиент будет сам за тобой бежать и умолять, чтобы ты продал ему свой товар.
«Товар», который старается втюхать европейской публике генеральный секретарь НАТО, состоит из нескольких компонентов. Пункт один. Масштабная программа перевооружения Европы и поступательное увеличение оборонных расходов. Марк Рютте: «Нынешняя система обороны НАТО может сдержать (врага — Ред.). Но с учетом того, что её экономика ориентирована на войну, Россия может быть готова применить военную силу против НАТО в течение пяти лет. Россия уже наращивает свою тайную кампанию против наших обществ».
Пункт два. Мирный план Трампа по Украине необходимо утопить. Прямо об этом Марк Рютте, естественно, ничего не говорит. В том, что касается нынешнего хозяина Белого дома, генеральный секретарь НАТО руководствуется «принципом»: говорим либо хорошее, либо ничего. Например, комментируя обнародованную недавно стратегию национальной безопасности США, в которой Европа подвергается прямо-таки сокрушительной критике, Рютте нашел там повод для похвалы: «Посмотрите, о чем в ней говорится на самом деле: полная приверженность европейской безопасности, полная приверженность НАТО и полная приверженность тому факту, что мы сможем защитить Евроатлантическое пространство только в том случае, если будем держаться вместе».
Но за этой фразой «держаться вместе» скрывается подталкивание Америки к тому, чтобы она перестала «валять дурака» (интересно, слышал генсек НАТО о существовании соответствующей песни группы «Любэ»?) и «вернулась в строй»: «Мы все знаем, что предстоит деликатная, сложная дискуссия по территориальному вопросу, конечное решение по которому смогут принять только украинцы. Думаю ли я, что, когда дело касается Украины, США и Европа смогут прийти к единому мнению? Да, я в этом уверен. Я думаю, что мы сможем. Уверен ли я в том, что русские согласятся (с этим единым мнением — Ред.)? Я не знаю».
Зато Рютте знает, чего он хочет: появления этого самого «единого мнения» Европы и США и того, чтобы «мнение России» было противоположным: «Давайте не забывать: безопасность Украины — это наша безопасность». Разумеется, «безопасность Украины» — это в данном случае не более, чем эвфемизм. Что этот эвфемизм означает? Необходимость сохранения Украины в качестве настроенного резко антироссийским образом государства-буфера, государство-прокладки: «Представьте, что произойдет, если бы Путин добьется своего: Украина оказывается под гнетом российской оккупации, его войска продвигаются к границе с НАТО на всю её большую протяженность. Риск вооруженного нападения на нас значительно возрастает. Это потребовало бы поистине колоссальных изменений в нашем сдерживании и обороне».
Итак, реплика Писториуса о возможности войны с Россией была не случайностью, не личной инициативой одного отдельно взятого амбициозного политика, а одной из первых «ласточек» новой тенденции. Тезис о «российской угрозе» становится (или уже стал) крайне важным инструментом мобилизации и консолидации Европы. Это факт, значение которого с течением времени будет только возрастать. Это факт, который с нами очень надолго, возможно, навсегда, если говорить о горизонте планирования ныне живущих взрослых поколений.
