В России 6-7 декабря гостит турецкий премьер-министр Бинали Йылдырым. Он уже провел переговоры с российским президентом, премьером, членами правительства, а сейчас отправился в Казань.
За рубли и лиры
С турецким гостем, судя по всему, беседовали на множество тем. Тут и судьба строящейся российской атомной станции в Турции (Анкара обещала ей режим максимального благоприятствования), и создание «Турецкого потока» (о котором Турция приняла недавно специальный закон), и даже обсудили возможность взаиморасчета в национальных валютах.
На первый взгляд, вопрос непростой. «Чтобы решение принималось в пользу одной из национальных валют, участник внешнеэкономической деятельности должен быть уверен в том, что на эту валюту есть спрос на внутреннем рынке», — цитируют российские СМИ сообщение Центробанка. А для этого сторонам необходимо наладить экономическое взаимодействие.
Собственно, это и было еще одной темой для переговоров. «Мы поставили цель достичь товарооборота в 100 миллиардов долларов, и мы постараемся, чтобы процесс нормализации ускорился. Мы намерены больше работать, чтобы снять все ограничения, которые были введены за этот период», — отметил Бинали Йылдырым. Речь, прежде всего, идет о возврате всех турецких овощей и фруктов на российский рынок (до этого Россия разрешила ввозить лишь некоторые виды товаров, в частности цитрусовые).
Расстраиваться российским фермерам, конечно, рано. По словам министра сельского хозяйства Александра Ткачева, до конца этого года все ограничения на импорт турецкой плодоовощной продукции останутся в силе. Вряд ли они будут сняты и в первые числа 2017 года.
«Турецкая сторона не по всем продуктам может обеспечить безопасность продуктов, поставляемых на российский рынок, поэтому Россельхознадзор очень серьезно будет анализировать ситуацию по всем направлениям. И исходя из этого уже будут приняты и политические, и экономические решения», — объяснил российский министр.
Праздники, сложности с получением сертификатов и необходимое налаживание логистических цепочек дадут хозяевам теплиц в России еще какое-то время тепличного существования, а затем нужно будет уже начать конкурировать с турецкими производителями. И тогда будет ясно, насколько эффективно российские фермеры использовали этот благословенный год.
Крым приняли, Карабах не видим
Говорили стороны и о стратегическом векторе сотрудничества. «Мы пережили трудные дни с ноября 2015 года, но теперь эти дни остались позади. И сегодня наша цель — не вернуть отношения на уровень осени 2015 года, а сделать их еще лучше», — заметил турецкий премьер.
Заявление, в общем-то, правильное. Состояние российско-турецких отношений образца осени 2015 года можно было бы охарактеризовать не как медовый месяц, а как семейный кризис. Между супругами значительное количество конфликтов (Сирия, Карабах, Крым), но разводиться они не хотят, поскольку в ходе совместной жизни приобрели много общего (торговля, стратегические проекты). И если сейчас запускать процесс семейного примирения, то нужно нивелировать противоречия, которые и привели к мучительному разводу (адюльтер в виде сбитого самолета стал лишь триггером).
Собственно, по крымскому вопросу Анкара и Москва уже наметили определенный компромисс. Не случайно высокопоставленная турецкая делегация, включавшая членов Партии справедливости и развития, а также родственников Эрдогана, посетила российский полуостров.
Судя по всему, с Турцией можно будет договориться о снижении уровня ее поддержки крымскотатарских террористов из «Меджлиса» в обмен на уважение культурных и экономических интересов Анкары в Крыму. По Южному Кавказу договориться сложнее — без решения Карабахского конфликта (которое в ближайшем будущем и не предвидится) Анкара и Москва могут лишь согласиться не раздувать конфликт.
Самым сложным моментом была Сирия. Собственно, она и стала причиной турецкого «адюльтера».
Турция отказывалась признать российские интересы в Сирии и обсуждать с Москвой модальности ее военной операции в Сирии (соответствующие переговоры Кремль провел со всеми заинтересованными и готовыми разговаривать сторонами еще летом 2015 года), в результате чего Москва начала действовать лишь с минимальным учетом турецких интересов. Подыгрывать сирийским курдам, громить протурецких боевиков, спасать Асада и, по данным Турции, иногда нарушать ее воздушное пространство. Итог известен.
Сирийский компромисс
К счастью, сейчас Анкара осознала неконструктивность своей позиции, и со второй попытки все-таки решила пойти на компромисс с Москвой. Судя по всему, на последних встречах Путина и Эрдогана были выработаны некоторые параметры этого компромисса, позволившие Москве и Анкаре более-менее мирно сосуществовать в сирийском пространстве.
Некоторые плоды этого сотрудничества уже есть. Так, Москва, Дамаск и Тегеран разрешили туркам ввести войска в северную Сирию и разобраться с курдским вопросом (тем более что местные курды как всегда ошиблись в выборе союзников и сделали ставку на американцев, впоследствии кинувших их).
При этом Анкара, судя по всему, не собирается претендовать на включение занятой сирийской территории в состав Турции. «Сейчас возможно построить новую Сирию при условии сохранения территориальной целостности и создания новой Конституции с учетом интересов всех этнических элементов, которые присутствуют на этой территории», — заявил Бинали Йылдырым.
Не то, что Турция не хочет новой территории — просто захватывать кусок арабской страны означает полностью похоронить всю турецкую стратегию по захвату Ближнего Востока через мягкую силу. Само присутствие турецких войск в северной Сирии нужно лишь для ликвидации ополчений сирийских курдов и недопущения создания курдской автономии.
В ответ на реализацию этих задач Турция не мешала сирийской армии освобождать Алеппо и, по некоторым данным, сдерживала подразделения сирийской свободной армии, которые участвовали в турецкой операции «Щит Ефрата» и собирались отправляться деблокировать своих братьев по отсутствию разума, окопавшихся в бывшей экономической столице Сирии.
Кроме того, в рамках заключенной сделки Турция отказалась от идеи по свержению Башара Асада. Да, Эрдоган до сих пор отыгрывает эту тему в различного рода торгах, и иногда доходит до прямого заявления о том, что цель операции Анкары в Северной Сирии — освобождение страны от диктатуры Башара Асада.
Однако достаточно было приподнятой кремлевской брови, чтобы турецкое руководство вернулось к четкому выполнению взятых на себя обязательств.
«Операция под названием «Щит Евфрата» никак не связана с тем, что происходит в Алеппо, никак не связана со сменой режима в Сирии, имеет единственную цель — ликвидировать все присутствующие в регионе террористические элементы, в первую очередь, ИГИЛ», — заявил Бинали Йылдырым в интервью российским СМИ.
Масштаб же российско-турецкого сотрудничества в сирийском вопросе станет ясен после освобождения Алеппо, когда сирийская армия вынуждена будет решать вопрос с боевиками, окопавшимися в провинции Идлиб. Эти боевики снабжаются и финансируются турками, и если Анкара реально заинтересована в стабилизации ситуации в Сирии (то есть достигла понимания в вопросе защиты своих интересов в этой стране с Москвой, Дамаском и Тегераном), то турки не будут особо мешать ликвидации или умиротворению идлибского гнойника.
Хотя, возможно, это тема встанет на следующем российско-турецком саммите. Основной которого, по словам Владимира Путина, и стал визит Бинали Йылдырыма в Россию.
Геворг Мирзаян
