В конце 2016 года министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу вновь решил напомнить мировому сообществу и региональным странам о том, что якобы Анкара совместно с Россией и Ираном «попробует» достичь перемирия по всей Сирии и начать «переговоры о политическом урегулировании». По крайней мере, турецкая газета Sabah сообщила о том, что Чавушоглу анонсировал свою встречу с коллегами из России и Ирана 27 декабря в Москве, оговорив, что «на встрече будет обсуждаться и вопрос по Алеппо».
Турция во второй раз в текущем году выступает с громогласным объявлением о «торгах» с Москвой и Тегераном по Сирии, прекрасно зная, что ситуация и в Сирии, и в регионе в целом существенно изменилась.
Напомним, что впервые турки признались, что не в состоянии «решать сирийский вопрос» ни в одиночку, ни в сотрудничестве с США и «международной антитеррористической коалицией», ровно четыре месяца назад, когда в Анкаре прошли переговоры Чавушоглу с министром иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зарифом. Именно после официального визита главы МИД Ирана в Турцию в Анкаре во весь голос заговорили о тройственном «междусобойчике» по Сирии. И, судя по некоторым дипломатическим сигналам из Москвы и Тегерана, руководители России и Ирана вроде бы были не против того, чтобы «на троих сообразить» некий будущий план политического урегулирования. Как известно, в определённой степени итогом августовских обсуждений между тремя странами и стала турецкая трансграничная операция в Северной Сирии «Щит Евфрата». Что подтверждал и турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган, признаваясь публично, что об операции знали и в Москве, и в Тегеране.
Уже после развёртывания «Щита Евфрата» и в России, и в Иране и, что самое главное, в самой Сирии — правда, в основном на уровне СМИ и экспертов — откровенно заявляли, что, во-первых, о турецкой операции знал и сирийский президент Башар аль-Асад, поскольку до начала «Щита Евфрата» руководство турецкой спецслужбы MIT, как минимум, дважды встречалось с главой сирийской контрразведки, причём вторая встреча проходила в Дамаске. Во-вторых, что вначале решение о турецком вторжении согласовывалось между Турцией и США, и американцы санкционировали «Щит Евфрата», правда, как будто бы оговорив, что турки не будут использовать силу против курдов, сотрудничающих с американскими военными. В-третьих, что на самом деле (и это подтвердилось в ходе уже четырёхмесячных боевых действий турок в Сирии) целью Анкары в Сирии являлось недопущение «смычки» курдских отрядов из Айн-эль-Араба (Кобани) и их соплеменников из Африна (северней Алеппо), которые стремились взять под свой контроль всё протяжение сирийско-турецкой границы с дальнейшим провозглашением автономии района Рожава. Далее — по очередности — турки добивались передачи контроля над упомянутой территорией своим марионеткам и так называемой «умеренной сирийской оппозиции» и создания некого квази-государства с центром в Восточном Алеппо. По иронии судьбы, территории, к контролю над которыми в одинаковой степени стремятся и сирийские курды, и Турция — это земли, по которым должен пройти стратегический экспортный газопровод Иран-Ирак-Сирия к побережью Средиземного моря, т. е. ни у курдов, ни у турок, в принципе, даже и мысли не должно было зародиться о том, что в Тегеране всё это время будут «спокойно наблюдать» за турецко-курдскими разборками, да ещё на территории Сирии…
Как известно, свой «Щит Евфрата» турки начали 22 августа и именно с массированных обстрелов позиций сирийских курдов из «Отрядов самообороны» (YPG), хотя официально заявили о начале операции 24 августа. И течение военных действий в осенние месяцы 2016 г. наглядно показало, что, оказывается, в августе то ли турки что-то скрыли от Сирии, России и Ирана, то ли же сами Сирия, Россия и Иран нечто умолчали в консультациях с Анкарой. Потому что развитие событий пошло иными путями, и вот уже в конце сентября Дамаск официально обвинил Турцию в агрессии, вот из Ирака поступают сообщения о слиянии отрядов Курдской рабочей партии (PKK) с шиитским ополчением, и т. д., и т. п. Как бы странно ни звучало, искать причины провала новой попытки «тройственного союза» по Сирии с Россией и Ираном, анонсированное на днях Чавушоглу, и провала (в целом) турецкой военной программы в северной Сирии надо именно в минувшем августе. А провал налицо — при всех «за» и «против», Восточный Алеппо освобождён от банд террористов, а «умеренная оппозиция», видимо, размышляет: то ли ей бежать вместе с «западными специалистами», то ли — сдаваться, а если сдаваться, то — кому конкретно: шиитам из Ливана, сирийской правительственной армии, христианскому или курдскому ополчениям? Манбидж так и не сдан туркам или их марионеткам, Аль-Баб так и не взят — в зачёте лишь Джераблус, который «Исламское государство» (ИГ) сдало туркам практически без боя. И в северном Ираке курды под прикрытием шиитов (читаем: Ирана) выбили и исламистов, и турок из Башики, тем самым лишив Анкару важного военно-штабного центра своего экспедиционного корпуса в Иракском Курдистане. Это всё — поражения, а не победы…
Вспоминая же август, мы обращаем внимание — Зариф просто добро улыбался в Анкаре и затем дипломатично восторгался удачностью своих переговоров, кстати, не только с Чавушоглу, но и с Эрдоганом. Чем завлёк-привлёк иранский министр всю турецкую верхушку — сейчас сказать ещё сложней, чем в августе. Но тогда, окрылённая «уступчивостью» Зарифа, Анкара не скрывала ликования. «Россия, Иран, Ирак и Турция должны объединиться для решения проблемы Сирии. Мы должны обсудить проблему Сирии с Саудовской Аравией, Катаром и Иорданией», — вещал в интервью катарскому телеканалу «Аль-Джазира» президент Турции. И при этом фактически Эрдоган призывал исключить из решения проблемы Сирии Запад: «Мы соседские с Сирией страны. …мы не должны больше обсуждать Сирию с теми странами, которые не имеют с ней отношений». То есть — откровенно блефовал, врал в августе Ирану и России, что, безусловно, понимали в Тегеране и Москве. На мгновение забудем о роли РФ в Сирии — в конце концов, реальный противовес России в этой стране не Турция, а США и весь сонм европейских союзников Вашингтона. А потому отметим реакцию Ирана, как регионального и «внутрисирийского» противовеса политики Анкары.
В специальном интервью проправительственному агентству IRNA глава МИД Ирана подвёл итоги своего августовского визита в Турцию: «Во время встречи с президентом Турции Реджепом Эрдоганом мы обсудили вопросы двустороннего сотрудничества, включая увеличение товарооборота, развитие торговых отношений, экспорт иранского газа, энергетику, транспорт. Ранее президенты Ирана и Турции приняли решение о необходимости увеличить товарооборот до $ 30 млрд. Отдельное место заняло обсуждение проблем региональной безопасности и борьбы с терроризмом». И повторил фразу с совместной с Чавушоглу итоговой пресс-конференции в Анкаре — Иран и Турция договорились «поддерживать тесный контакт» по вопросу о территориальной целостности Сирии». Ключевая формулировка, дающая понять, что в августе туркам не удалось «уломать» Иран по Сирии, а значит — опосредованно и Россию, если вспоминать, сколько раз в течение 2016 г. Москва также заявляла о необходимости сохранить целостность Сирии, о необходимости учитывать курдский фактор при переговорах по урегулировании, да и о других вопросах, непосредственно связанных с политическим урегулированием по Сирии.
Зато советник Верховного лидера Ирана по международным делам, бывший министр иностранных дел ИРИ Али Акбар Велайети в оценках переговоров Чавушоглу-Зариф был жёстче и искренней: «Последний визит Зарифа в Турцию оказался удачным. Большое значение имеют встречи с высокопоставленными турецкими политиками и участие главы МИД Ирана в пятничном намазе. Надеемся, что с каждым днём отношения между Тегераном и Анкарой будут укрепляться, а разногласия по региональным проблемам, особенно в Сирии, удастся решить. Только сирийский народ и правительство вправе определять своё будущее. Любое вмешательство во внутренние дела Сирии должно быть правомерным и соответствовать закону, а не быть незаконным, подобно действиям США и Саудовской Аравии. Пятилетняя борьба сирийского руководства показывает всему миру, что народ поддерживает своё правительство. Позиция правительства и народа Ирана в отношении сирийского руководства и населения неизменна. Мы продолжим поддерживать Башара аль-Асада до конца».
Теперь же наложим слова Зарифа и Велайети, поскольку Тегеран осенью практически ничего не добавлял к их оценкам по Сирии, на сегодняшние реалии в истерзанной стране. С учётом того, что сразу после визита Зарифа в Турцию в августе, в Тегеран срочно отправился замминистра иностранных дел РФ Михаил Богданов и провёл переговоры с Зарифом и замминистра иностранных дел Ирана по странам Ближнего Востока и Африки Хоссейном Джабером Ансари. С учётом того, что в январе 2017 г. ожидается официальный визит президента ИРИ Хасана Роухани в Москву. С учётом того, что 14 декабря Роухани жёстко подчеркнул во время встречи с главой Высшего Исламского совета Ирака Аль-Аммаром Хакимом в Тегеране, что речь идёт и о сохранении территориальной целостности Ирака, и что «Иран не оставит угнетённые народы Ирака и Сирии без поддержки». С учётом того, что замкомандующего КСИР Ирана бригадный генерал Хоссейн Салями 15 декабря подчеркнул, что после «разрушения силы глобального высокомерия в Алеппо», «иракский Мосул также вскоре будет полностью отбит у террористов». Наконец, с учётом того, что 16 декабря замначальника штаба Вооружённых сил Ирана бригадный генерал Масуд Джазаери подчеркнул, что «США должны извлечь уроки из своей неудачи и провала их ставленников в Сирии, в Алеппо и регионе, и вывести свои силы из региона, чтобы предотвратить дальнейшее кровопролитие». Добавим лишь, что Джазаери высказал буквально всё — «Стратегия прокси-войны в Ираке и Сирии не удалась, США и их приспешники не в состоянии реализовать свою политику в отношении народов региона». Он также призвал региональных сторонников терроризма прекратить следовать в фарватере политики США и международного сионизма.
Подводил же черту под вышеперечисленными заявлениями и оценками человек, который 28 апреля сего года анонсировал о принятии к реализации решения аятоллы Али Хаменеи о кардинальной смене курса Тегерана в отношении Турции — старший военный советник Верховного лидера Ирана, экс-командующий КСИР генерал-майор Яхия Рахим Сэфэви: «Алеппо освободила от террористов коалиция Ирана, России, Сирии и „Хезболлах»», подтвердив, что теперь очередь освобождать Мосул, и подчеркнув, что «США ещё раз хорошо убедились, что Иран является первой державой в регионе».
Теперь понятно, почему Анкара ещё до конца этого года хочет снова навязать России и Ирану некую «особую роль» Турции в дальнейшей судьбе Сирии. Поразительно, но факт — оценки в Тегеране и Москве значения внезапного контрнаступления якобы боевиков ИГ на Пальмиру (Тадмор) и её захват совпали, это был отвлекающий манёвр, в надежде, что вышеперечисленные участники «коалиции освобождения Алеппо» приостановят зачистку в восточной части города. Аналитики в Дамаске также считают, что Саудовская Аравия и Турция вооружили террористов ИГ и отправили их в провинцию Хомс для наступления на Пальмиру, но «Пальмира не будет иметь никакой стратегической пользы для террористов и является лишь ответом саудовцев и турок на поражение в Алеппо».
И ещё один иранский деятель — секретарь Совета по целесообразности Ирана и тоже экс-главком КСИР генерал-майор Мохсен Сабзевар Резайи раскрыл карты по Сирии: «В последнее время, источники подтвердили, что ряд генералов из Турции, Саудовской Аравии и США, эксперты по специальным войсковым операциям, присоединились к такфиристам, и на самом деле именно они провели операции в Хан-Тумене» [расположен южнее Алеппо, вдоль шоссе Алеппо-Дамаск, близость к провинции Идлеб делает его важным военным объектом — прим.].
Вот и получается, что, независимо от того, кто выступает инициатором объявленных переговоров в Москве 27 декабря 2016 г. и независимо от того, с чем собирается ехать в Россию глава турецкого МИД Чавушоглу, его российские и иранские партнёры по переговорам во всеоружии, и ждут турецкого коллегу для обсуждения некой формы капитуляции врагов Сирии, изначального планировавших ее развал и разделение.
Вывод один, зная, что Россия и Иран требуют территориальной целостности, т. е. и возврата контроля над границами с Турцией в руки сирийцев — Анкару заставят в дипломатичной форме признать своё поражение.
Сергей Шакарянц
