История неоцененного предательства российской бегуньи должна стать хорошим уроком, в том числе и для наших спортивных чиновников
Трудно сказать, что же двигало не самой выдающейся бегуньей Юлией Степановой, когда она решилась стать информатором Всемирного антидопингового агентства (WADA) и «с нуля» раскрутила громкую историю, едва не стоившую сборной ее Родины участия в Олимпийских играх в Рио. Возможно, пробелы в воспитании: родители не объяснили маленькой Юле, что доносчику всегда достается «первый кнут» и что вообще ябедничать некрасиво; возможно, какая-то личная обида на больших спортивных чиновников в России, которые сперва заставили скушать нужную таблеточку, а потом не защитили, и она получила свою дисквалификацию на два года. Возможно, все еще проще, и госпожу Степанову всего лишь постигло то, что почти неминуемо постигает всех «граждан мира», вырвавшихся из «этой страны», недостойной быть их Родиной. Что тут гадать? Любая из этих и еще сотни–другой причин может стать объяснением ее поступка.
Но только не стремление к «чистоте спорта», как наперебой пытаются доказать ее немногочисленные защитники. Во-первых, самой Юле для этого, мягко говоря, недостает принципиальности. Что мешало убежденной противнице «фармы» в спорте сказать решительное «нет» в 2013 году и хлопнуть дверью именно что в знак протеста против сей действительно порочной практики? Она наверняка была бы изгнана, молва бы приписала ей все смертные грехи — мелкие спортивные начальнички нашли бы, как испортить строптивой уроженке Курска спортивную карьеру. И она точно так же с супругом Виталием умчала бы в Канаду и раскрыла бы глаза миру в документальном фильме телеканала ARD на мелкие и крупные махинации спортивных чиновников, которые в погоне за дополнительными бонусами готовы подвергать риску здоровье спортсменов, обманывать болельщиков и начальство. Это было бы неприятно, вероятно, не менее подло (Родина же!), но к самой Степановой не было бы неприятных вопросов по поводу мотивов ее разоблачений. Никто бы не посмел и в мыслях вообразить ее лицемеркой. А сейчас — пожалуйста.
Потому что, во-вторых, госпожа Степанова совершенно бесхитростно просила пустить ее участвовать в ближайших Олимпийских играх, обосновывая это даже не лицемерным раскаянием в своем темном допинговом прошлом. Прямо в обращении заявила: мол, я же помогла раскрутить эту историю, это же я вывела на чистую воду жуликов и подлецов российского спорта, значит, я молодец, и до участия в нейтральном качестве прошу меня допустить.
То есть, как ни крути, но «борьбу за чистоту в мировом спорте» ушлая бегунья попыталась превратить в товар. И все было «на мази», Степанова по окончании действия санкций уже приняла участие в международных стартах, готовилась к Рио. В WADA ее заверили, что никаких сюрпризов быть не может. Откуда же им и лично гендиректору господину Оливье Ниггли было знать, что старик Бах и его президиум принимать решение будут, исходя не из актуальной политической конъюнктуры и моды на санкции против РФ, а из тех принципов, которые заложил в основу всемирного олимпийского движения барон Пьер де Кубертен. Среди них, как ни пошло это прозвучит, равенство. А значит, если не допускать к Играм всех тех, кто попадался на допинге (а не только несет бремя текущей дисквалификации), то, значит, не допускать и Степанову. Которая, как мы помним, так ратует за «чистый» спорт, что не смогла сама отказаться от допинга и лишь только после того, как попалась на его приеме, а чинуши не смогли или не захотели ее «отмазать», принялась мстить.
Более чем справедливое и взвешенное решение Международного олимпийского комитета (совсем, кстати, не «пророссийское», поскольку оговорки в нем серьезны и местами унизительны) стало для «могильщиков» российского спорта и прочих диванных стратегов по вытеснению России отовсюду настоящим ударом. Настолько настоящим, что они даже не посчитали нужным «завернуть» свое разочарование во сколько-нибудь приемлемый «фантик».
Так, глава американского антидопингового агентства Трэвис Тайгарт заявил по факту «скандального» решения МОК буквально следующее: «Оставить ее (Юлию Степанову. — Ред.) вне Игр — это непостижимое решение, которое противоречит принятому ранее решению Спортивного арбитражного суда. Оно окажет свое влияние и с настоящего времени будет разубеждать тех, кто намерен сделать разоблачение». В том же духе свое разочарование, если не, сказать точнее, раздражение принятым в Лозанне решением высказал и старший коллега Тайгарта — глава Всемирного антидопингового агентства Оливье Ниггли: «WADA очень обеспокоено этим решением, это плохой посыл для будущих информаторов».
Надо сказать, что утешили олимпийские чиновники информатора Степанову тоже вполне себе в доброй традиции Кубертена: не вдаваясь глубоко в детали, отметили ее «вклад в борьбу с допингом и чистоту спорта», пригласили поприсутствовать на ближайших Играх, а также выразили надежду, что легкоатлетка продолжит карьеру и, возможно, «присоединится к Национальному олимпийскому комитету». Вероятно, российскому? Доподлинно утверждать не беремся, но что-то подсказывает, что вряд ли Канада захочет видеть столь ценный кадр в своей сборной.
А что до «вклада», не будем кривляться. Желала ли того искренне Степанова или нет, но получилось то, что получилось — процесс «очищения» запущен. Не будем гадать о результативности, тут ведь, по Горбачеву, главное нАчать. И начали вполне жизнеутверждающе: волей главы государства учреждена независимая общественная комиссия по контролю за борьбой с допингом. Ее уже любезно согласился возглавить почетный член Международного олимпийского комитета (МОК) с 45-летним стажем Виталий Смирнов. При такой «щуке» в нашем олимпийском пруду «карасям» там же скучать как минимум не придется.
Виктор Мартынюк
