Российские авиаудары наконец-то привели к старту межсирийского диалога. Теперь осталось определить с кем конкретно нужно разговаривать…
Новости партнеров
Между тем, по мнению российского МИД, для начала эффективных и конструктивных переговоров между Асадом и оппозицией необходимо согласовать два списка. «Первый — список террористических организаций, на который не будет распространяться прекращение огня, которое мы все надеемся на каком-то этапе объявить. И второй список — делегации оппозиции, которая будет вести переговоры с правительством под эгидой Организации Объединенных Наций и при координирующей роли представителя генерального секретаря» — пояснил Сергей Лавров.
Первый должен быть результатом компромисса между Россией, США, Ираном и Турцией — стороны должны достичь консенсуса относительно того, какие группировки считать умеренными отрубателями голов, а какие — террористическими. Москва, по некоторым данным, уже предоставила перечень из 38 лидеров сирийской оппозиции, которую можно было бы привлечь к переговорному процессу. В основном это люди из так называемой «Национальной коалиции сирийских революционных и оппозиционных сил», которая поддерживается Западом и Саудовской Аравией. В свою очередь, тоже Эр-Рияд приготовил свой перечень умеренных сирийских оппозиционеров. При этом о привлечении этих «договороспособных» представителей оппозиции к венскому формату речи не идет — против этого возражают даже американцы. «Мы полагаем, что будет время и место для сирийской оппозиции, когда она будет представлена, но пока ещё оно не настало», — заявила глава пресс-службы Государственного Департамента Элизабет Трюдо. И дело тут даже не в элементарном паритете (раз приглашаем оппозицию, значит надо приглашать и Асада), а в элементарном нежелании Вашингтона срывать переговорный процесс. Вопреки мнению ура-патриотической части российского политологического сообщества, американцы заинтересованы в успехе венского формата для того, чтобы развязаться с сирийским конфликтом, который уже давно развивается в крайне невыгодном для американцев направлении.
Второй же список может появиться только после достижения консенсуса внутри разобщенной и разъединенной сирийской оппозиции. Многочисленные полунезависимые группировки, входящие в ее состав, должны выработать общие условия компромисса с Асадом и договориться о разделении постов в будущем сирийском правительстве и госструктурах. Очевидно, что второй список согласовать будет в разы сложнее, чем первый. Американцам придется либо принуждать группировки (а их в Сирии несколько тысяч) договариваться между собой, либо закрыть глаза на определенное сокращение и отрезвление договаривающихся сторон при помощи российских авиаударов. Теоретически оба списка должны быть подготовлены в течение двух недель (к следующей венской встрече), однако никто не удивится, если Москва и Вашингтон не уложатся в эти сроки.
Что же касается судьбы Асада, то тут компромисс найти будет гораздо проще. В последние дни Москва устами различного ранга чиновников подчеркивает мысль о том, что она не выступает за безусловное сохранение Башара Асада у власти в Сирии. «Мы не говорим о том, что Асад должен уйти или остаться», — говорит представитель российского МИД Мария Захарова. На самом деле никакой сенсации или изменения позиции тут нет — Москва выступала не против отстранения от власти президента Асада, а против отстранения под давлением третьих сил. Покинуть свой пост Асад может либо по итогам новых выборов, либо через импичмент, либо по собственному желанию. И эта позиция дает крайне широкое пространство для выработки компромиссов относительно будущей судьбы сирийского президента — вплоть до поездки «к друзьям в Ростов-на-Дону». Но опять же — при обязательном соблюдении всех норм и процедур. Такая позиция не только продемонстрирует миру что Москва своих не сдает, но и не превратит Сирию в очередной прецедент попирания норм международного права, когда мнение части общества ставится выше общенациональных электоральных процедур. Собственно, именно поэтому российский МИД по итогам переговоров между Лавровым и спецпредставителем генсека ООН Стаффаном де Мистурой смог заявить о полном совпадении подходов между двумя сторонами. Судьбу Асада должен решать сирийский народ.
Геворг Мирзаян
