На днях президент Украины Петр Порошенко подписал указ об обращении к ООН и ЕС для развертывания на Украине международной операции по поддержанию мира и безопасности. По мнению украинской стороны, миссия ООН и ЕС в Донбассе необходима. Однако подобная инициатива может завершиться не миром, а операцией принуждения к миру, то есть новым витком войны, и продолжением распада Украины.
Поражение в войне с Донбассом
Желание позвать миротворцев у украинского президента появилось внезапно.
Еще недавно, меньше месяца назад, на конференции по безопасности в Мюнхене Порошенко заявлял: «Сейчас нам необходима не миротворческая операция, а перемирие и отзыв из страны иностранных войск».
Поскольку перемирие — лишь перерыв между боевыми действиями, наверное, еще жила надежда на реванш. После взятия ополченцами Дебальцево Петр Порошенко, похоже, утратил веру в собственные вооруженные силы и решил переложить ответственность за ситуацию в Донбассе на полицейскую миссию Евросоюза с мандатом ООН. Потому и подписал указ о введении в действие принятого еще 18 февраля решения СНБО по развертыванию миротворческих сил в стране.
К украинской инициативе в Брюсселе отнеслись критически. В частности, заместитель генерального секретаря внешнеполитической службы ЕС Мацей Поповски отметил: «Главное для нас — реализация минских соглашений [которые не предполагают введения миротворцев — Ред]. Мы уже начали оснащение наблюдателей ОБСЕ бронированными автомобилями.
Наблюдатели получают снимки из космоса и все, что им требуется». По мнению генсекретаря ОБСЕ Ламберто Заньера, мониторинг границы с Россией силами специалистов этой организации возможен только после конституционного определения статуса Донецкой и Луганской областей.
Тем не менее, украинский президент попросил прислать миротворцев, продемонстрировав свою неспособность обеспечить в государстве порядок и суверенитет.
Помимо собственно просьбы ввести миротворческие войска, Киев предлагает разместить их на линии соприкосновения с ополченцами, а также вдоль российско-украинской границы. При этом украинская власть настаивает на том, чтобы миссия ООН состояла исключительно из представителей стран ЕС, и считают неприемлемым присутствие миротворцев из России или стран СНГ.
Это требование достаточно показательно: если миссия ООН будет сформирована из представителей исключительно стран ЕС, то она может служить одной стороне конфликта (как это было в Косово). А размещение миротворцев на российско-украинской границе, как на том настаивает Порошенко, выглядит как проект донбасского «котла»: миротворцы, таким образом, фактически охватят территорию ЛНР и ДНР.
Механизм миротворческих операций
Чтобы понять, насколько справедливы и осуществимы желания украинского президента в части миротворческой операции, давайте разберемся, как появляются миротворческие войска ООН, и чем занимаются.
Прежде всего, решение о начале миротворческой операции принимает Совет безопасности ООН.
Инициатива о начале миротворческой операции может исходить от любой страны. Но для принятия решения о проведении такой операции Совбез проводит консультации со всеми заинтересованными сторонами, с государствами-членами Совбеза (пять постоянных, с правом вето и десять непостоянных, избираемых на два года из государств-членов ООН), с правительством потенциальной принимающей стороны и участниками конфликта на местах, региональными и межправительственными организациями.
После этапа консультаций ООН отправляет миссию на место конфликта — оценить обстановку на месте.
Если по итогам первых двух этапов Совбез решает, что миротворцы — наиболее адекватная мера в сложившейся ситуации, он принимает резолюцию с санкцией на эту операцию. Затем Генассамблея утверждает бюджет и источник финансирования операции.
Чтобы сформировать состав миротворческого контингента, ООН обращается к государствам-членам. Собственных войск ООН не имеет; миротворцы носят военную форму своих стран, и только каски или береты у них голубые.
Надо понимать, что Россия, будучи постоянным членом Совбеза ООН, имеет право вето. Потому если при решении вопроса о миротворцах ООН не будут учтены ее интересы, а в составе миротворческой миссии не окажется российских представителей, она вполне может этим правом воспользоваться.
Вызов мировому беспорядку
Есть в истории с потенциальными миротворцами на Украине еще один аспект. Давайте посмотрим, насколько высока эффективность миротворческих операций.
Со времени первой операции на Ближнем Востоке в 1948 году ООН осуществила 69 подобных мероприятий; в настоящий момент в мире действуют 16 операций.
Вот, например, миссия на Кипре. Миротворцы появились здесь для предотвращения новых вооруженных столкновений между общинами киприотов-греков и киприотов-турок. Появились и остались наблюдать. Операция проходит с марта 1964 (!) года. Бюджет на этот год (с июля 2014 по июнь 2015) — 59 млн. долларов США.
Или в Косово. Миротворцы здесь с 1999 года — с целью создания временной администрации в Косово. Совбез наделил эту миссию беспрецедентно широкими полномочиями в отношении территории и населения Косово: всеми законодательными и исполнительными, а также судебными полномочиями. По официальной информации ООН, после вступления в силу в 2008 году новой конституции полномочия миссии «были значительно скорректированы», тем не менее, наблюдением за «уважением прав человека в Косово» миротворцы занимаются до сих пор. Бюджет на этот год (с июля 2014 по июнь 2015) — 43 млн. долларов.
Еще пример: рекордно долгая миротворческая операция (она же — первая, начатая ООН) — наблюдение за выполнением условий перемирия на Ближнем Востоке. Действует с 1948 года. Бюджет на текущий двухлетний период — 74 млн. долларов.
Еще один рекорд — рекордно затратная операция (почти 1,5 млрд. долларов на текущий год) в Конго, где правительству помогает более 25 тысяч миротворцев.
Да и остальные из действующих сегодня 16 миротворческих операций не делают чести руководителю мирового беспорядка. В международной политике вряд ли стоит надеяться на добродетельного и беспристрастного гегемона.
Растущие экономические проблемы, майданизация и милитаризация ведут Украину прямойдорогой в хаос. Просьба Петра Порошенко о вводе миротворцев продиктована не столько желанием установить мир в Донбассе, сколько неуверенностью в будущем. Угадывается также политическое интриганство, желание обострить отношения России с Евросоюзом или конвертировать миротворческую миссию в операцию по принуждению к миру с применением иностранных войск (в том числе НАТО).
И, независимо от желания украинского президента, в случае неуправляемого распада Украины российские представители в составе миссии ООН могут появиться. Во всех вариантах судьба Украины будет решаться с учетом геополитических интересов России, которыми Западу не следовало пренебрегать еще в декабре 2013 года.
Александр Хроленко
