Станет ли Сергей Нарышкин последним руководителем СВР
Владимир Путин объявил о кадровых перестановках в одной из самых закрытых отечественных спецслужб: с 5 октября должность директора СВР займет Сергей Нарышкин. Его предшественник Михаил Фрадков, достигший 66-летнего возраста, уходит на пенсию.
Пятый и последний?
На фоне недавно активизировавшихся разговоров о возможном воссоздании в России министерства госбезопасности, которое объединит все спецслужбы, возникшие в свое время на основе расформированного КГБ СССР, это кадровое решение приобретает особое значение. Не станет ли Сергей Нарышкин последним руководителем службы перед ее объединением с остальными структурами в новое министерство?
Сергей Нарышкин — пятый по счету директор СВР. Как и его предшественник Михаил Фрадков, он отличается весьма ощутимым политический весом, возможно, наибольшим среди всех отечественных силовых министров. Это может говорить как о внимании руководства страны к работе внешней разведки, так и о перспективах предполагаемого объединения спецслужб: Нарышкин выглядит явно предпочтительнее большинства коллег.
Причем разведка ему не чужда — соответствующий опыт работы у Нарышкина был еще в советское время, а с будущим президентом Владимиром Путиным он познакомился, судя по открытым источникам, в начале 1980-х годов. Вопрос об оправданности и реальности объединения спецслужб мы уже рассматривали, однако конкретные кадровые решения, как всегда, довольно интересны и трудно предсказуемы — назначение Сергея Нарышкина на пост главы СВР, разумеется, еще ничего не гарантирует.
Иные варианты?
Предшественник Нарышкина — тяжеловес не меньшего калибра, однако он вряд ли мог возглавить процесс создания новой объединенной спецслужбы. По ряду причин, не последняя из которых — серия провалов, включая дело Александра Потеева. Наконец, вполне может сказываться возраст — даже несмотря на недавнее повышение предельного возраста пребывания на госслужбе до 70 лет.
Процесс объединения спецслужб (если он все же будет запущен) могли бы возглавить и представители ФСБ (для этого, правда, потребовалось бы назначить на пост руководителя ФСБ политика сравнимого калибра). Однако у СВР есть свои преимущества.
В первую очередь это наименьший уровень коррумпированности в СВР по сравнению с прочими отечественными спецслужбами, в силу большего контроля и меньшей вовлеченности в экономические процессы. Учитывая эхо коррупционных скандалов и тот ущерб, который они наносят имиджу власти в целом, выбор СВР как объединяющей структуры вполне оправдан.
Интеллектуальная работа
У внешней разведки уже был опыт руководства советскими спецслужбами — последний председатель «старого» КГБ Владимир Крючков до своего назначения 14 лет руководил Первым главным управлением, отвечавшим за внешнюю разведку. Деятельность Крючкова, на эпоху которого пришлись основные процессы распада СССР и его главной спецслужбы, не всеми оценивается положительно, однако последовавшее разделение спецслужб и вывод внешней разведки в самостоятельное ведомство оценивается еще негативнее.
Даже от «коренных» контрразведчиков можно иной раз услышать интересные оценки роли внешней разведки в общей системе КГБ. «Разведчики в высшем руководстве КГБ приносили с собой некую дополнительную интеллигентность, кругозор, способность иначе смотреть на вещи, оценивать процессы с разных точек зрения, — сказал корреспонденту «Ленты.ру» ветеран отечественных спецслужб 1970-1990-х годов. — У них в среднем был более высокий уровень образования, что, безусловно, накладывало отпечаток на работу».
Подобные оценки можно было бы отнести к лирическим отступлениям, однако современная реальность такова, что внешние и внутренние угрозы все чаще выступают прямым продолжением и развитием одних и тех же процессов. В таких условиях на первый план выходят как кругозор и уровень подготовки исполнителей, так и возможность оперативной координации работы внешней разведки и сил, отвечающих за внутреннюю безопасность страны.
Отсутствие этой координации негативно сказывается на всех более-менее важных процессах. Достаточно вспомнить о войне в Сирии. У большинства вовлеченных в конфликт отечественных силовых ведомств свое видение разворачивающихся событий, что серьезно осложняет как межведомственное взаимодействие, так и выработку единой позиции при работе с иностранными партнерами, включая сирийцев, иранцев, израильтян и других игроков. Если объединение спецслужб позволит устранить местничество, сохранив конкуренцию при рассмотрении ситуации, но убрав ее в исполнении, эту реформу можно будет считать успешной.
Илья Крамник
