Через месяц после инаугурации Дональда Трампа никакой определенности относительно стратегии новой администрации в отношениях с Россией нет и в помине. Хотя «сигналов» по этому поводу – более чем достаточно. Противоречивых, как правило…
Новый сигнал из Вашингтона. Пресс-секретарь президента США Шон Спайсер заявил, что Дональд Трамп попытается-таки заключить «сделку» с Москвой по борьбе с терроризмом и экономическим вопросам. Спайсер надеется, что его шефу в этом поможет богатый опыт бизнесмена и переговорщика. Представитель Белого дома, впрочем, витиевато уточнил: Трамп будет стараться сделать это, а если не получится, то и не получится. Мол, и взятки гладки. Конечно, подобный настрой вызывает сдержанный оптимизм и вселяет смутную надежду. Пора бы уже Белому дому определиться, как именно взаимодействовать с Кремлем. Ведь тумана в этом вопросе напущено в последние недели немало.
Дональд Трамп весьма критично, в отличие от предвыборных заявлений, отзывался о воссоединении Крыма с Россией в 2014 году. Говорил о том, что излишняя жесткость с Москвой вряд ли пойдет на пользу, но тут же уверял, что выберет в отношениях с ней более жесткую линию, чем предыдущая администрация. Масла в огонь подливали и представители нынешней президентской команды. К примеру, глава Пентагона Джеймс Мэттис во время встречи с коллегами по НАТО в Брюсселе заявил, что Вашингтон намерен говорить с Москвой с «позиции силы». А вице-президент Майкл Пенс на Мюнхенской конференции по безопасности высказался в том духе, что именно Россия несет ответственность за выполнение Минских соглашений. Госсекретарь Рекс Тиллерсон, в свою очередь, пока исключает постановку вопроса об отмене антироссийских санкций. Да еще и отставка президентского советника по национальной безопасности Майкла Флинна якобы из-за его контактов с российским послом в Вашингтоне.
В общем, никакой определенности, как именно США будут выстраивать свою стратегию в отношениях с Россией, нет и в помине. Ощущение, что жернова системы пытаются перемолоть Трампа сотоварищи, сделать их полностью и окончательно «своими». Плюс к тому инициативу в российско-американских отношениях страстно и суперактивно пытаются перехватить конгрессмены. Та их часть, которую никак нельзя заподозрить в симпатиях к Москве.
Но 45-му президенту нужны быстрые и эффектные победы, чтобы закрепить свою власть, которую многие пока считают зыбкой и не исключают импичмента. И главной такой победой может стать разгром запрещенной в России террористической группировки «Исламское государство». Именно эта тема доминировала в предвыборной риторике Трампа. Сделать это без России невозможно, что признается практически всеми. Стало быть, если следовать собственным обещаниям и установкам, партнерство с Москвой становится для Трампа одним из ключевых политических факторов. Вопрос лишь в формате. Россия открыта к диалогу и сотрудничеству. Министр обороны Сергей Шойгу заявлял, что сторонам ничто не мешает начать совместные действия против террористов, к примеру, в сирийской Ракке. Но подчеркивал, что с Москвой диалог с позиции силы абсолютно бесперспективен.
Шон Спайсер отметил: если это в интересах США, то Трамп заключит сделку. Но тут главное, как именно новая команда в Вашингтоне понимает интересы Соединенных Штатов. Не получится ли так, что традиционное «сдерживание» и противодействие России, а также попытки взаимодействовать с ней без учета ее интересов станут устойчивым трендом и базисным принципом? Представители новой американской власти постоянно критикуют Барака Обаму, который потерпел неудачу в выстраивании отношений с Москвой. Но – очень важное уточнение! – не потому, что делал это не слишком старательно, а якобы по причине своей излишней мягкости. Короче говоря, во всех этих противоречивых сигналах разобраться пока непросто. Дело осложняется еще и отвратительными отношениями Трампа со многими СМИ, определяющими информационную повестку и политический мейнстрим в США, а также не утихающими обвинениями в связях с Россией. И это не говоря о том, что и со спецслужбами у президента взаимоотношения, мягко говоря, натянутые.
А может быть, Дональду Трампу помогут его собственные избиратели? Последний соцопрос показал, что мнение американцев о Владимире Путине изменилось в лучшую сторону и достигло наивысшего показателя с 2003 года. Доля симпатизирующих российскому лидеру республиканцев выросла до 32%, тогда как еще пару лет назад этот показатель составлял лишь 12%. По идее, глава демократического государства не может не реагировать на столь ощутимые изменения в общественном мнении. Какой бы могущественной ни была система.
Илья Харламов,
