Бесконечные войны на Ближнем Востоке, конфликт на Украине и напряженность в Тихоокеанском регионе вроде бы лишили Латинскую Америку шансов на попадание в «топы» новостей. Между тем этот регион с населением в 600 миллионов человек переживает чрезвычайно важный период — Южная Америка уходит от США. На этот раз решительно и всерьез. Последние два века она считалась зоной исключительных интересов Штатов, но в нынешнем столетии предпринимает все более скоординированные попытки стать по-настоящему самостоятельным регионом. Открывающийся 10 апреля в Панаме Саммит Америк станет важной демонстрацией этого процесса.
Некоторые страны и раньше неоднократно бунтовали против США, но, как правило, американцы в итоге добивались повиновения — если не переворотом или военным вмешательством, то игрой на внутренних противоречиях в местных элитах. Доктрина Монро, выдвинутая почти 200 лет назад и объявлявшая Западное полушарие сферой влияния США (что в те годы было призвано ослабить влияние Европы на только что освободившиеся от испанского владычества колонии), по-большому счету продолжала действовать. Единственным постоянным исключением была Куба — но с ней и обращались соответственно: от попыток вторжения до блокады.
Новости партнеров
В 90‑е и особенно в «нулевые» годы ситуации начала меняться — причем это вовсе не связано с тем, что именно в это время США попытались стать властелином вселенной, концентрируя внимание на Ближнем Востоке и Азии в целом. Нет — просто в Латинской Америке начался приход к власти левых и национально ориентированных элит. Первыми лицами в массовом порядке становятся индейцы — Чавес, Моралес, Умала. В Никарагуа вернулся к власти правивший в 80‑е марксист Даниэль Ортега, а в Сальвадоре в прошлом году победил на выборах бывший партизан-коммунист Сальвадор Серен. Ключевой фигурой антиамериканского восстания стал Уго Чавес. Венесуэльский президент мешал американским попыткам экономического подчинения континента — вместо предложенного Штатами общего рынка пытался создать региональные объединения.
В эти же годы в Латинскую Америку стал активно проникать Китай — и если сначала Штаты не придавали этому значения, то постепенно масштабы восточной экспансии стали серьезно волновать Вашингтон. Пекин все больше переходит в торговле с регионом на юань, готовится строить новый канал между Атлантикой и Тихим океаном на территории Никарагуа. А в последние годы в Латинскую Америку начала возвращаться и Россия. Даже не просто возвращаться, а выстраивать новые отношения. В отличие от Азии или Африки здесь у нас не осталось существенных заделов с советских времен. Кроме Кубы и Никарагуа, союзнических отношений ни с кем не поддерживалось, было лишь периодическое культурное и военное сотрудничество с несколькими странами вроде Перу или Боливии. Но интерес у латиноамериканцев к России наблюдался всегда — в том числе, как к главной антиимпериалистической стране мира. Россия возвращается как геополитический союзник — прошлогодний визит Путина в Латинскую Америку уже после того, как Штаты объявили блокаду России, показал, что в регионе не собираются отворачиваться от Москвы. Наоборот, Аргентина, с которой у нас были неровные и преимущественно торговые отношения, проявила большой интерес к вступлению в БРИКС, организации изначально евразийской (Россия-Индия-Китай), но к которой уже принадлежит Бразилия (возможное присоединение к БРИКС наверняка будет обсуждаться во время предстоящего на днях визита президента Аргентины Кишнер в Москву). Россия вернулась в регион и как военная держава — наши корабли и самолеты навещают Кубу и Венесуэлу, Никарагуа и Аргентину.
Предыдущий Саммит Америк прошел в 2012 году в Колумбии — за эти годы в отношениях Штатов с южными соседями произошло немало. Разоблачения Сноудена привели к еще большему осложнению отношений с Бразилией — президент Русефф была возмущена прослушкой. Умер Чавес — от рака, которым странным образом переболели сразу несколько латиноамериканских президентов. Но и без Чавеса нынешний саммит будет во многом посвящен Венесуэле — точнее, протестам латиноамериканских стран против давления Вашингтона. Штаты сознательно совместили попытку примирения с Кубой принятием месяц назад антивенесуэльского указа — Обама ввел чрезвычайное положение в отношении Боливарианской республики, объявив, что она угрожает безопасности США. Этот шаг вызвал практически единодушное осуждение в регионе — ведь фактически Штаты угрожают Каракасу войной. Так что теперь сам факт приезда в Панаму Рауля Кастро и его встречи с Обамой не окажет на латиноамериканцев такого умиротворяющего воздействия, как рассчитывали в Вашингтоне — да, Куба впервые будет участвовать в саммите Америк (ранее США всегда этому препятствовали), но ситуация вокруг Венесуэлы не способствует росту добрых чувств к северному соседу. Более того — накануне саммита выяснилось, что на нем от Обамы не просто потребуют отмены указа по Венесуэле, но и поставят вопрос о полной ликвидации всех американских баз в регионе.
Причем о намерении сделать этот вопрос центральным на саммите объявил генсек Союза южноамериканских наций Эрнесто Сампер, бывший президент Колумбии — страны, все еще считающейся одним из немногих американских союзников в регионе. Два десятка военных баз расположены преимущественно в Центральной Америке и Карибском море — и понятно, что американцы не собираются оставлять ни одну из них, точно так же, как они отказываются ликвидировать самую крупную тюрьму — в кубинском Гуантанамо. Но в любом случае согласованные действия большинства латиноамериканских стран — плохой знак для США. Еще какое-то время они смогут его игнорировать — но есть очень большие сомнения в том, что янки сумеют сохранить в полном объеме свое военное присутствие в Латинской Америке в ближайшие годы. Что будет, например, к 2023-му — году, когда исполнится двести лет «доктрине Монро»? Даже весьма вероятное избрание в ближайшем будущем президентом США человека с латиноамериканскими корнями не остановит процесс освобождения Америки Южной от Северной — хотя со временем они могут снова начать сближаться. Это может произойти в том случае, если США откажутся от империалистического диктата по отношению к югу. Ну, или если Штаты, а точнее, их части, сами станут латиноамериканским государством.
Петр Акопов
